Greek Goddes Artemis and the Hound

Artemis and Apollo

 

Artemis

 

Артемиде и Аполлону

Кара Трейс ("Кора Фракийская") 

во время медитации богам Кобола - Артемиде и Аполлону 

(сериал "Звёздный крейсер Галактика")

Сергей Яшин: Артемида и Хаос

Знойным день выдался. Солнце палило. Щеглы в тени лавров зеленых притаились. Стих щебет. Богиня-охотница от жары уставшая, одежды сбросила, и подобием лука изогнувшись, бросилась в прохладу озерную. Испарину легкую с грудей смывала, ласку мужскую неведающих. Ласкала вода бедра девичьи. Лунарностью отливало тело. Божественное, бесстрастное, недоступное. 

На берегу, гончие дремали. Во сне вздрагивали. Хозяин их, ветви дерев раздвинув, замер завороженный. Запретное увидел. Тут же оленем обратился. Собаки его учуяли. Кинулись. Плоть рвали. Умирал олень под клыками собачьими. Охотница же на берег вышла. Трофею радовалась. По горячей крови ступала. 

Такова печальная участь Актеона. Что увидел сей незадачливый юноша? Только ли обнаженную Артемиду? Очевидно, что не только. Учитывая космогонию Гесиода, в коей повествуется о первопричинности недифференцированного начала, Хаоса, можно заключить то, что практически во всех божествах его присутствие весьма явственно. Вечно-девственная же Охотница демонстрирует сие однозначно. Ее обиталищем является территория обозначенная греками как «agros», то есть необработанные земли, находящиеся за пределами полей. Rendez-vovs с ней возможно и на берегу морей, в прибрежных зонах, везде где граница вообще неопределенна. Пример Актеона демонстрирует, что случайная встреча с хаотическим не сулит ничего, мягко говоря, хорошего. 

Вместе с тем, Хаос, не только разрушительное начало, но и начало творческое, обновляющее мир. Не случайно в календарные, переломные моменты, мир символически погружался в хаотическое состояние, что символизировали карнавалы, мистерии ритуальных растрат и веселых разгулов. Сквозь образовавшиеся трещины в мир проникали далеко не благостные сущности. Но именно их присутствие, через отождествление с ними участников календарных мистерий, предполагало тотальное обновление мира. Здесь стоит упомянуть и ритуалы хаотической анархии в случае смерти вождей африканских племен, по окончании которой восстанавливается космос племенной жизни. Именно таким, обновляющим, открывается Хаос тем, кто пребывает в состоянии магической бдительности. 

To Artemis : Гомеровский гимн к Артемиде

Εἲς Ἄρτεμιν

Ἄρτεμιν ὕμνει, Μοῦσα, κασιγνήτην Ἑκάτοιο.
παρθένον ἰοχέαιραν, ὁμότροφον Ἀπόλλωνος,
ἥθ᾽ ἵππους ἄρσασα βαθυσχοίνοιο Μέλητος
ῥίμφα διὰ Σμύρνης παγχρύσεον ἅρμα διώκει
ἐς Κλάρον ἀμπελόεσσαν, ὅθ᾽ ἀργυρότοξος Ἀπόλλων
5ἧσται μιμνάζων ἑκατηβόλον ἰοχέαιραν.
καὶ σὺ μὲν οὕτω χαῖρε θεαί θ᾽ ἅμα πᾶσαι ἀοιδῇ:
αὐτὰρ ἐγώ σε πρῶτα καὶ ἐκ σέθεν ἄρχομ᾽ ἀείδειν,
σεῦ δ᾽ ἐγὼ ἀρξάμενος μεταβήσομαι ἄλλον ἐς ὕμνον.

To Artemis

[1] Muse, sing of Artemis, sister of the Far-shooter, the virgin who delights in arrows, who was fostered with Apollo. She waters her horses from Meles deep in reeds, and swiftly drives her all-golden chariot through Smyrna [5] to vine-clad Claros where Apollo, god of the silver bow, sits waiting for the far-shooting goddess who delights in arrows.
And so hail to you, Artemis, in my song and to all goddesses as well. Of you first I sing and with you I begin; now that I have begun with you, I will turn to another song.


гимн IX. К  АРТЕМИДЕ

Муза, воспой Артемиду, родную сестру Дальновержца,
Стрелолюбивую деву, совместно взращенную с Фебом.
Поит она лошадей в тростниках высоких Мелита
И через Смирну несется в своей всезлатой колеснице
В Кларос, богатый лозами, - туда, где сидит, дожидаясь 

Стрелолюбивой сестры-дальновержицы, Феб сребролукий.

Радуйся ж песне и ты, и с тобой все другие богини!
Первая песня - тебе, с тебя свою песнь начинаю.
Славу ж воздавши тебе, приступаю к другому я гимну.

Перевод В. Вересаева
Античные гимны / Сост., общ. ред. А. А. Тахо-Годи. – М.: Изд. МГУ, 1988. – 363 с. - с. 114.